Спиридона тримифунтского молитва

Молились бы вы святителю Спиридону Тримифунтскому. Старец оборачивается к плачущей женщине, но поговорить им не дают. Жив ваш сын и скоро вернётся. Татьяну Сергеевну и через неё же получая ответ. А сын той женщины уже наутро приехал домой. Вот почему ярко помнится осень 1988 года в Псково-Печерском монастыре. Тепло, небо синее, а клёны светятся таким золотым сиянием, будто это не кроны, а нимбы над храмами.

Подробней в видео:

Ну вот, начальство от нас уехало. Батюшку, как всегда, окружает народ, и короткая дорога до кельи превращается в двухчасовую беседу. Кто-то ему приносит стул, мы рассаживается у его ног на траве. Батюшка, благословите нас с мамой переехать в Эстонию. Мы в Тапу хороший обмен нашли.

Вы что, за границей хотите жить? Слушаю и недоумеваю: ну, какая же Эстония заграница? Это же время митингов, восторга и опьянения свободой. Но каким же горьким было похмелье, когда обнищала и распалась великая держава. А в горячих точках и у Белого дома вскоре пролилась большая кровь.

Но пока над головой синее небо, и застенчивая девица с румянцем во всю щёку спрашивает батюшку, как доить коров. Кто-то морщится, не скрывая насмешки: мол, с таким пустяком обращаться к архимандриту? Был у меня в детстве случай. Одна корова давала много молока и вдруг стала возвращаться с пастбища пустой. Начали следить за коровой и обнаружили, что на водопое у реки она всегда забредает в ту заводь, где, мы знали, водились сомы. Подплывают к ней сомики и пьют молоко.

Губы у сомика мягкие, нежные, а корове нравится нежность. А за электричество как будем платить? Батюшка, подскажите, как же мне жить? Надо бы всё же доработать до пенсии. Мы обе недавно крестились в монастыре, там и познакомились, попав под опеку строгих богомолок в чёрном, предрекающих скорое пришествие антихриста и чувствующих его вездеприсутствие в мире. Обувь на каблуке тоже бесовская, ибо каблук на самом деле копыто, и понятно чьё. И тогда архимандрит Иоанн присылает ко мне своего письмоводителя Татьяну Сергеевну, чтобы передать, мол, батюшка просит вас не одеваться в чёрное. Переоделась я в свою обычную одежду, и «ревнительницы» так запрезирали меня, что с той поры я лишилась ценной информации о бесовских свойствах чая, а также искусства.

В общем, пью чай, читаю Тютчева, а ещё люблю хорошую живопись и дивной красоты павловопосадские платки. Иконописцов и без вас хватает, а мир заболеет без красоты. У каждого из нас своя подёнка, свои скорби и те тяготы жизни, от которых хочется сбежать в монастырь или уйти сгоряча из семьи. Но как же нелегко порою нести этот данный Господом крест! Христом, идти по водам, одной верой преодолевая скорбные обстоятельства жизни своей. Уже многому научило вас страдание, многое приоткрыло из сокровенных тайн духовной жизни, а сколько их ещё впереди, но цена их страдание. Что успокаивает в лютые времена душевного бедствия, когда всякая помощь человеческая или бессильна, или невозможна?

Это вам на те дни, когда мгла застилает небо над головой и Господь, мнится, оставил создание Своё. Храни вас Господь, а мы о том молиться будем. Как же меня поддерживали в те трудные годы письма и молитвы архимандрита Иоанна! Батюшка-солнышко, батюшка-утешитель и батюшка с мученической судьбой. Из лагерей он вернулся с перебитыми пальцами на левой руке, но о годах заточения избегал говорить, пресекая все разговоры о том. Батюшка, а страшно было в лагерях? Только помню: небо отверсто и Ангелы поют в небесах. Благодатного Света, льющегося на нас с небес, а с Богом и в скорби легко.

Теснота такая, что внуки спят на одной кровати валетами и друг другу подбородок ногой подпирают. Следом за старушкой жалуется мужчина и почти кричит, рассказывая, как он десять лет отработал в горячем цеху ради обещанной заводом квартиры, но после перестройки завод приказал долго жить. Записываю на всякий случай имя святителя Спиридона Тримифунтского, хотя и не собираюсь молиться ему. Проблем с жильём у меня нет. Но, после того как наша семья всего четверть века отстояла в очереди на двухкомнатную квартиру, получив в итоге однокомнатную, мы уже не ждём ничего от властей. Правда, с очереди нас не сняли, обещая дать положенное, но, судя по срокам, посмертно. Батюшка, да почему же у меня никак не получается купить дом в Печорах? Потому что ваше место не здесь, а в Оптиной пустыни.